Электронные СМИ
от 24 Октября 2013
 

В Москве есть транспорт и парки. А больше ничего не происходит

24 Октября 2013
Юрий Григорян

Эта статья была удалена с сайта www.snob.ru без объяснения причин.

 

В декабре в ЦВЗ «Манеж» пройдет третий Московский урбанистический форум, на котором наши  и  зарубежные специалисты  будут  в очередной раз предсказывать градостроительное будущее Москвы. В этом году дискуссия развернется вокруг обустройства городских окраин — спальных районов  и  околомкадных промзон.

В преддверии форума институт архитектуры «Стрелка» собирает идеи  и  пожелания горожан по улучшению их районов (проект «Чего хочет Москва»), а  архитектор  Юрий   Григорян  готовит  большое  исследование о потенциале московской периферии. «Сноб» поговорил с  архитектором  о том, почему урбанисты должны переключиться с центра на окраины, что  будет  скрывать новый Генплан  и  почему отсутствие контроля властей в сфере градостроительства всем выгодно

 Вы призываете архитекторов и урбанистов переключить свое внимание с центра Москвы на ее окраины. В центре уже все сделано? 

Сегодня московских архитекторов и урбанистов заботит в основном центральная часть нашего города. Они не учитывают, что большинство горожан живут именно в периферийных зонах, а некоторые из них даже и не выезжают за пределы своего района. Появляются два отдельных города — центр и окраина, — которые не дружат между собой. И с точки зрения градостроительства это приводит к некому кризису. Поэтому нам показалось интересным повернуться спиной к центру Москвы и посмотреть, что находится за его пределами.

Для исследования мы выбрали так называемую «периферию-1» — пространство между Третьим кольцом и МКАД — это 80% московской территории. Люди там живут, но они не совсем счастливы. И мы решили посмотреть, чего хотят эти люди, чего им не хватает. Ведь периферия — это территория нехватки.

Я бы не сказал, что и московскому центру сегодня уделяют достаточно внимания, но по крайней мере там доминирует концепция сохранения. А какая концепция применяется к окраинам? Что там можно и нужно делать? Об этом никто не задумывается. Москва с 60-х годов живет без Генерального плана, градостроительный регламент постоянно меняется — нигде в мире больше этого нет.

Как раз сейчас разрабатывается новый Генплан развития Москвы до 2025 года. 

На него будет очень интересно взглянуть. У нас как бывает: Генеральный план документирует ситуацию, но потом приходит новый мэр — и Генплан отменяется. Где основания предполагать, что новый план будет хорошим, достаточно продуманным и что его не захочется отменить через три года? Где экспертное сообщество? Где тот уровень понимания, который поможет нам консолидировать мнения на эту тему?  

Мы о нем вообще ничего не знаем. Для нашего исследования, например, от Института Генплана мы не получили никаких данных, хотя они обещали нам помочь. Они не могут ответить ни на один прямой вопрос. Во всех странах мира информация о городе находится в публичном доступе. А у нас пытаются удержать рынок при помощи секретности. А может быть, у них и нет никаких данных и они скрывают «голого короля»? Что там такого секретного помимо пары старых бункеров? Если даже от тех, кто мог бы попробовать что-то изменить, прятать все — тогда это полный тупик. В результате сейчас мы переключились на данные из открытых источников и очень этому рады.  

Могу предположить, что новый Генплан будет настолько компромиссным, насколько хватит — или, точнее, не хватит — политической воли у властей. Понятно, что есть собственники территорий, с которыми нельзя ни о чем договориться. Здесь нужно изобретать какие-то другие механизмы — например, чтобы тем же владельцам было самим интересно проложить бульвар на своем участке. 

Значит, ваше исследование пока что утопическая идея для Москвы? 

Очевидно, что Москва оказалась в тупике градостроительного развития: по части транспорта это стало очевидно, в сфере социального развития на периферии — тоже. Существует опасность образования гетто, нарушения социальной гомогенности. Угрозы есть везде: и в сфере социологии, и в политике, и в архитектуре, культуре и экономике. Можно продолжать страусиную политику и думать, что нам так удобно, а с проблемами разберется потом кто-то другой. В принципе, здесь все так и поступают. 

Вот неудобный вопрос: готовы ли власти пойти на что-то? Готовы ли жители пойти на что-то? Достаточно ли самоуважения у москвичей, чтобы относиться к своему городу внимательно? Иначе перспективы у нас достаточно туманные. Время уходит, и возможности уходят: земля раскупается, общественные пространства приватизируются, возводятся новые заборы и ограды, олигархи становятся сильнее. Когда-то наступит время, при котором уже невозможно будет что-то изменить.

Карима Нигматулина (новый и. о. директора Института Генплана Москвы) настроена более позитивно, чем вы — они рассчитывают на видимые изменения уже через 20 лет. 

Нельзя говорить, что изменения будут сегодня или через 20 лет. Должны быть и немедленные изменения, и долгосрочные проекты, которые будут реализовываться уже нашими внуками. Их надо начинать сегодня и реализовывать шаг за шагом. Важно, когда город сам знает, как себя развивать. Затем он транслирует эти знания чиновникам, а они уже выполняют эту волю. А не наоборот. 

В первую очередь нужно понять, по какому пути идет Москва: она то идет по пути восточного города, то по пути западного, а иногда и своими неведомыми путями. Регулирование этих процессов требует сильнейшей политической воли и полной информированности и заинтересованности властей в вопросах градостроительного развития, чего о наших федеральных властях мы сказать не можем. Для них это по-прежнему инфраструктура и «коробки». Но это не живой город. А отсутствие контроля всем выгодно: каждый может делать бизнес как хочет и где хочет. Все привыкли, что ты можешь дать 100 рублей гаишнику и запарковаться где пожелаешь. Главный вопрос в том, хочет ли общество действительно меняться или оно будет и дальше продолжать жить как живет. 

Почему именно сейчас заговорили о переустройстве Москвы? 

Раньше этой повестки просто не было — жили и жили. А потом вдруг заговорили об охране памятников, о сохранении культурного наследия, возникли всякие НКО типа «Архнадзора», начались дебаты по поводу остановки строительства в пределах Третьего кольца. И второе — это пробки: все купили автомобили, а ездить-то, оказывается, и негде. Обеспокоилось начальство, начались проверки, и выяснилось, что это не просто транспортная проблема, а комплексная градостроительная.

Такое ощущение, что сейчас взялись за все одновременно: и за центр, и за периферию.

Это ложное ощущение, потому что на самом деле никто ни за что не взялся.  Ничего не решается. При поддержке института «Стрелка» по чистой случайности возник успешный проект по благоустройству  парка  Горького, который очень удачно сработал на личную пиар-кампанию Сергея Капкова и городских властей. Парковая тема стала спасительной для команды нового мэра. Они зарядили огромный бюджет на эти  парки  И  это пока все, что  происходит . Сейчас занимаются  транспортом  и   парками . Но здесь хотя бы понятно, что делать:  есть   парки  — туда надо напихать шахматных павильонов и катков. Но это же лучше, чем  ничего . Это сильный шаг в развитии общественных пространств. И потенциал Москвы здесь огромен. Но ринулись ли люди осмысливать какие-то комплексные проблемы? Нет. Как это все делать и кто должен заниматься всем этим, пока непонятно. 

А вы  будете  предлагать какие-то решения проблем? Или все ограничится лишь постановкой диагноза? 

Это всех интересует, но для меня исследование уже представляет собой решение проблемы. Оно нацелено на привлечение внимания, на поднятие актуального вопроса, на дискуссию. Надеемся, что какие-то мысли начнут приходить в голову не только нам, но и горожанам. Конечно же, у нас будет блок рекомендаций, но я к ним отношусь без особого энтузиазма. Главный наш вывод, что надо заниматься градостроительными исследованиями и что  архитекторам  и градостроителям на время нужно покинуть центр (это приведет к его большей сохранности) и пойти туда, где реально живут люди. Привлечение внимания — сегодня это и  есть градостроительное проектирование. Постановка вопроса важнее, чем ответ на него. Ведь он неизбежно  будет  получен, когда четко поставлены сами задачи. 

Для решения московских проблем начали приглашать иностранных специалистов: датский  архитектор  Ян Гейл, например, исследует наши общественные пространства. Применимы ли их модели у нас? 

Их модели применимы вместе с их людьми. Если взять и заселить Москву немцами, а наших всех перевезти в Германию, то через пару лет мы вернемся и поразимся, как здесь чисто и комфортно. Я не говорю, что у нас плохие люди. Просто общество консервативное и изменений никаких не хочет, что называется Not in my back yard («Только не в моем дворе»). И этот консерватизм только растет.

Но лучшие их практики все же нужно применять. Зачем учиться на своих ошибках, если можно на чужих? Но думать, что приедет какой-то профессор и скажет, что нам делать — это же не медицина все-таки. Для начала надо научиться соблюдать гигиену — заботиться о своем городе так же, как ты заботишься о своем здоровье.

Не обязательно сразу рушить дома и строить новые. Можно делать минимальные вмешательства — построить рядом с домом  парк , коммьюнити-центр или стадион, благоустроить территорию микрорайона. Жилье может быть не очень хорошим, но зато возникнет публичная жизнь. В фокусе градостроительной политики должен быть человек, который живет сегодня. И чтобы этот человек мог сказать: «В Москве мне нравится больше, чем в Лондоне или в Париже». Чтобы у нас ему было тоже по-своему хорошо.

Но чем комфортнее будет Москва, тем больше людей к нам будут переезжать. А город у нас, как говорится, не резиновый.

Да, это ключевой вопрос: надо ли делать Москву привлекательным городом? Но москвичей тоже нельзя обрекать на жизнь в непривлекательном городе только для того, чтобы сюда никто не ехал. Конечно, все это нужно делать только при условии параллельного развития всех городов-миллионников.

Каждый должен заниматься своим делом. Наш проект — это лишь исследование в рамках форума. Посмотрим, что из этого получится. Для нас это тоже новый опыт. Но, как нам кажется, после него должен наступить сдвиг в общественном сознании. Начнут ли люди что-то менять или нет — это уже их проблема. Наша задача — понять проблему, накопить опыт и увеличить знания о городе. А реакция всегда поступает от тех, кто понимает.




публикации по теме

 
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ ...
 

E-mail:
Имя:
Подписаться на рассылки:

Задайте свой вопрос

Обратите внимание, что редакция портала «Архсовет Москвы» оставляет за собой право на свое усмотрение публиковать, только выборочные вопросы. Нажимая на кнопку «Отправить» вы автоматически соглашаетесь, что принимаете все правила публикации на данном ресурсе.