Электронные СМИ
от 15 Августа 2017
 

«Москва только начинает выходить из постсоветского периода...»

15 Августа 2017

На вопросы «Труда» отвечает главный архитектор столицы Сергей Кузнецов

В столичном Мультимедиа Арт Музее открылась выставка путевых зарисовок «Личный контакт» Сергея Кузнецова – главного архитектора Москвы. Профессионалам известны собственные оригинальные постройки Сергея Олеговича – например, Дворец водных видов спорта в Казани, жилой комплекс в Гранатном переулке, Музей архитектурной графики в Берлине и многие другие. А еще он увлеченный рисовальщик, член международных обществ архитектурного рисунка, участник выставок в Третьяковке и в прочих музеях. Но такой масштабной выставки, как нынешняя, у Кузнецова еще не было. Здесь образы Москвы, Венеции, Нью-Йорка, Стамбула, Буэнос-Айреса и еще десятков городов, подмеченные и запечатленные тонко, глубоко и профессионально. Чем не повод поговорить о материях творческих и грубых, о порывах души и о нашей любимой столице?

– С выставкой вас, Сергей Олегович! Простите за наивный, быть может, вопрос: архитектурные зарисовки с натуры – обязательное умение для профессионала или это ваше личное увлечение?

– Раньше это было распространенным явлением, сейчас не входит в обязательную квалификацию архитектора. В МАРХИ, где я учился, рисованию архитектуры, увы, уделялось и уделяется не так много внимания, как хотелось бы. Уже тогда, в годы студенчества, мне это казалось странным и досадным. Рисуют студенты много, но акцент делается на стаффаже – человеческих фигурах, машинах и прочем, чем обычно дополняют архитектурный проект, – а не на самих зданиях.

Впрочем, разбираться в художественном творчестве, в искусстве – дело не одного лишь архитектора. Он исполнитель, а есть еще люди, которые формулируют заказ. Если они эстетически просвещены, то архитектору, поверьте, будет куда интереснее работать и результат будет более качественным. То же самое относится к любой другой творческой профессии, где общий высокий уровень образования не менее важен, чем ремесленная тренировка. В том же Царскосельском лицее, откуда вышел гений Пушкин, прекрасно владели и мыслью, и пером его соученики-лицеисты – таков там был уровень образования. Вот и архитекторам, уверен, надо давать самый широкий спектр знаний о прекрасном – от изобразительного искусства до музыки и кино.

– Сколько «полевых работ» у вас уже накопилось?

– Когда начал заниматься акварелью, я вел нумерацию – не ради счета, для самодисциплины. Потом это прошло. Знаю, что работ много. На выставку мы отобрали 120, и это лишь небольшой процент от всего, что имеется. Раньше я мог позволить себе поездки специально для рисования, сейчас выкроить время не получается. Но рисую всюду, где бываю. Недавно, например, попал в Бухару только на один день. Но оказаться в таком месте и не рисовать просто невозможно!

– Приходилось ли вам идти от обратного – рисовать то, как не надо строить?

– Рисовать уродство? Ну уж нет, я же не учебник пишу. Для меня это, если хотите, медитативная практика, личное убежище. И потому рисую я то, что производит впечатление, трогает, запоминается. Кстати, почти все интересное неправильно с точки зрения канонов. И многое из того, что сегодня нам кажется красивым, позже могут расценить как уродство. Объективная оценка – дело долгое. Как говорил Оскар Уайльд, красота – в глазах смотрящего.

– В моей юности было принято считать, что сталинская архитектура уродлива, над витражами станции метро «Новослободская» потешались как над безвкусными стекляшками. А потом эти оценки поменялись на 180 градусов...

– Да, суждения подвержены моде. По-настоящему красивые вещи, повторю, определяются со временем.

– Есть у вас любимые эпохи, стили, города?

– Из городов выделю Венецию – она неподражаема. Хотя мне трудно назвать место, которое совсем уж, катастрофически неинтересно. Ну разве что какие-то совсем безликие советские города. Из стилей... Тут любовь накатывает волнами. Был период особого отношения к эпохе барокко. Была полоса готики, так географически сложилось. А если ты в Италии, понятно, там преобладает Ренессанс.

– А кого можете назвать учителями?

– Как мастера акварели очень чту Джона Сингера Сарджента. Конечно, есть такие общепринятые авторитеты, как Пиранези, Каналетто... Это про художников. А в архитектуре профессионалу даже странно кого-то выделять. Очень много людей, у которых учиться можно не только творчеству, но самому искусству жить. Если говорить о наших, московских мастерах, то для меня это плеяда Ивана Жолтовского, Ивана Фомина, братьев Весниных, Алексея Щусева… Из зарубежных к таким эталонам с точки зрения творчества и жизни отнесу Фрэнка Ллойда Райта, Луиса Генри Салливана, вообще чикагскую школу. Есть и другие иконические люди. Но сказать, что я готов следовать в фарватере какого-то определенного мастера, не могу.

– Читал, что созерцание Руанского собора подсказало вам идею казанского Дворца водных видов спорта. Это правда?

– Таких случаев много. Ну возьмем хотя бы офис «Новатэка» в Москве. Когда мы с Сергеем Чобаном его делали, не могу сказать, чтобы я думал о каких-то памятниках прошлого. Но куратор нынешней выставки Екатерина Шалина повесила рядом с чертежами одну венецианскую зарисовку. Так вот, тема раскрытых под углом в пространство окон идет, в частности, и оттуда. Мозг вообще сложно устроен, он имеет привычку долго накапливать, а в один прекрасный момент выдавать.

– Тогда спустимся на грешную землю? Насколько, по-вашему, сегодняшняя Москва соответствует актуальным мировым тенденциям градостроительства?

– Если сравнивать с лучшими образцами, нам много над чем надо работать. Москва только начинает выходить из постсоветского периода, ищет переход к новой технологии создания объектов. В последние советские десятилетия, в печальный, с моей архитекторской точки зрения, период, начиная с Хрущева, именно технологии ставили слишком жесткие рамки, определявшие массовое строительство. Хотя и в 1960–1980-е появлялись отдельные достойные примеры модернизма. И все же то, что делали архитекторы в основной массе, было безликим валом. Укороченные сроки, опора на ограниченный круг конструктивных и отделочных материалов сводили на нет значение проектной документации.




публикации по теме

 
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ ...
 

E-mail:
Имя:
Подписаться на рассылки:

Задайте свой вопрос

Обратите внимание, что редакция портала «Архсовет Москвы» оставляет за собой право на свое усмотрение публиковать, только выборочные вопросы. Нажимая на кнопку «Отправить» вы автоматически соглашаетесь, что принимаете все правила публикации на данном ресурсе.