От первого лица

Сергей Чобан: поверхность зданий должна напитывать глаз деталями

27 Июля 2017

Современная архитектурная критика пополнилась новым интересным исследованием-эссе, написанным архитектором, руководителем бюро SPEECH и Tchoban Voss Architekten Сергеем Чобаном и доктором искусствоведения Владимиром Седовым. Почему книга «30:70. Архитектура как баланс сил» вышла именно сейчас и к кому она обращена, «Архсовету» рассказывает Сергей Чобан.

— Сергей Энверович, в своей книге вы, в частности, пишите о том, что фоновые здания не могут и не должны создаваться по тем же принципам, по которым создаются уникальные сооружения. Тогда какие приемы необходимы для них?

Сергей Чобан: Прежде всего, я хотел бы пояснить, что именно мы называем фоновой застройкой. Это здания, достаточно утилитарные по своей функции, построенные, в основном, с целью реализации коммерческих интересов заказчиков. Иными словами, это жилье, офисы и торгово-общественные здания, и в структуре любого города именно таких объектов подавляющее большинство. В отличие от знаковых сооружений — музеев, концертных залов, или, скажем, штаб-квартир корпораций, — они, как правило, получают максимально прагматичную, я бы даже сказал, лапидарную форму. И для того, чтобы эти здания служили для отдельных уникальных построек достойным обрамлением, необходимо очень тщательно продумывать их масштаб и детальность поверхности их фасадов.

В нашей книге мы проследили, как шло формирование языка современной архитектуры и в какой момент произошел радикальный отказ от осознанной деталировки поверхности зданий в сторону более минималистичных или скульптурных композиций модернизма.

Сергей Чобан. Архитектурная фантазия "Два мира", показывающая контрастные сочетания исторической и современной архитектуры. Илл. к книге

На протяжении многих веков здания разных типологий создавались на основе аналогичных принципов и более уникальные из них отличались от более простых, в основном, степенью деталировки поверхности

Законы модернизма изменили эту ситуацию в корне: на место изобразительности с ее ордером, украшениями, рельефом и орнаментом пришли объемные композиции из геометрических форм, возникшие благодаря тому, что архитектура научилась говорить языком более комплексных и технически изощренных решений. И, как это всегда бывает (и мы в своей книге показываем это на примере всех эпох), зародившись в сфере уникальных сооружений, данные принципы затем распространились на всю застройку. Парадокс ситуации в том, что они абсолютно не подходят, на наш взгляд, для создания фоновой застройки — сочетание голых поверхностей и лапидарных форм дает слишком однообразный или, наоборот, слишком хаотичный результат, который не вызывает восторга у горожан. На наш взгляд, для того, чтобы эти здания воспринимались как достойный фон, их поверхность должна приобрести большую детальность, измельченность.

Сергей Чобан. Парадный фасад Гранд-канала напротив Рыбного рынка, Венеция. Илл. к книге

— Какие примеры городов, в застройке которых присутствует баланс 30/70, и при этом происходит активное современное развитие, то есть не города-музеи, вам известны?

— Принцип 30:70 существует в европейских городах везде. Если проанализировать структуру привычного нам исторического европейского города, то мы увидим, что на район, состоящий из 100 домов, приходилось не более 30 построек, которые занимали особое положение в структуре застройки. Это — церкви, здания администрации, театры, дворцы более зажиточных граждан, наконец, просто угловые здания-акценты в рамках квартальной застройки. Эти постройки сегодня бы назвали иконическими, и их задачей было создание не только запоминающегося уличного фасада, но и пластически выразительного объема, так как они, как правило, либо стояли отдельно, окруженные улицами и площадями, либо занимали угловой участок с дальним обзором, на который выходила ось прилегающей улицы.

Пропорция 30:70 сохраняется по сей день: в любом городе есть не более чем 30% уникальных зданий, на которые, как правило, тратится больше денег, больше времени, больше энергии

И поэтому, даже если они сделаны в неких остро современных формах, которые в перспективе сложнее в эксплуатации и могут хуже стареть, на их ремонт и поддержание в нормальном состоянии средства, как правило, находятся. А вот оставшиеся 70% — это фоновая застройка, которая, повторюсь, создается для того, чтобы быть выгодно проданной, и инвестировать дополнительные средства в поддержание ее красивого внешнего вида никто не будет. Поэтому фоновой застройке жизненно необходимо обладать качеством, позволяющим ей существовать долго и достойно сопротивляться старению без заметных капитальных затрат.

Презентация книги "30:70" на Стрелке

Именно по такому принципу функционируют все европейские города. И любой турист видит, что здания с продуманным отношением к их поверхности фасадов стареют хорошо, а другие здания — наоборот, плохо, вызывая желание заменить их на новые. В результате это может привести к тому, что построенные по такому принципу культурные слои зданий бесследно исчезнут. Мне кажется это неправильным, ведь любой город — это сочетание самых разных архитектурных эпох и «слоев». И хотелось бы, чтобы представители разных времен сохранялись не только в его уникальной, но и в фоновой застройке, не говоря уже о колоссальной потере энергии, затрачиваемой на их создание и последующий снос.

— Известны ли вам архитектурные школы, где учат проектированию фоновой среды и изобразительности архитектуры?

— Честно говоря, нет, не известны. Несмотря на то, что проблема не нова, она, на мой взгляд, еще не осознана как сверхострая. Да, собственно, и отзывы, которые поступают на нашу книгу, говорят о том, что эксперты к конфронтации с этой проблемой еще не готовы. То есть они по-прежнему воспринимают все здания как одинаково уникальные. И для них создание фонового здания как здания, играющего подчиненную роль в структуре застройки, не выделено в отдельную профессиональную задачу. Но все мы понимаем, что количество новой коммерческой, фоновой архитектуры неуклонно возрастает, поэтому, думаю, точка кипения уже близко. И пройдя ее, вопросом качества фоновой застройки будут озабочены буквально все.

— Чем классический детализированный современный дом отличается от «подделки»? Как избежать этого ощущения плохой копии, проектируя с нуля целые районы с параллельной фоновой застройкой?

— О копии речь вообще не идет. Речь идет об углублении детальности фасадной поверхности. Это может происходить за счет использования мелкомасштабных материалов, например, кирпича, это может происходить путем создания системы выступов и ниш фасадной поверхности. Это может, безусловно, происходить за счет декора или других форм рельефа.

Сергей Чобан. Гран-плас в Брюсселе. Илл. к книге

Главное — поверхность должна быть более сложной, чтобы напитывать глаз деталями, проявляющимися по мере приближения к зданию, и достойно воспринимать патину времени и воздействия климата

Подчеркну: в своей книге мы не призываем возвращаться к ордеру. Ордер — это лишь один из способов декорирования. Да, есть архитекторы, которым нравится к нему возвращаться, и эта творческая позиция имеет право на существование. Но наша книга о том, что, помимо ордера, есть и огромное количество других способов деталировать поверхность фасада таким образом, чтобы она притягивала к себе взгляды и достойно старела.

— Можно ли соединить классическую систему орнаментирования с новейшими технологиями?

— Уверен, что одно не исключает другого. Смысл заключается в том, что есть материалы, способные обеспечить красивое старение, и есть материалы, которые вне зависимости от способа производства, никогда хорошо стареть не будут. Отчасти это, конечно, связано и с массивностью стены сооружения. Если рельефность, за которую мы так ратуем, создается на навесном вентилируемом фасаде, то велика опасность, что он быстро разрушится как устаревшая тонкая маска. Поэтому мне кажется столь важным постепенно возвращаться к комбинированным и просто монолитным стенам, то есть конструкциям, в которых фасадный слой является, как минимум, самонесущим и тем самым не воспринимается глазом как тонкая картонная завеса перед несущим и изолирующим слоями здания.

Сергей Чобан. Здание Музыкальной академии в Будапеште. Илл. к книге

— Насколько, по вашему опыту, качественная деталировка фасадов удорожает строительство? Возможна ли она в массовой застройке?

— Пока еще удорожает, но это зависит в том числе и от того, какие задачи ставятся перед производством. Если строительная отрасль будет переориентирована на задачу создания долговечной фоновой застройки, то экономическая целесообразность, безусловно, будет обеспечена на конкурентной основе. Об этом красноречиво свидетельствует опыт строительства начала XX века, когда в различных регионах страны под реализацию того или иного проекта основывались небольшие кирпичные или керамические заводы, и именно из производимых ими недорогих местных материалов создавались уникальные по своим архитектурным характеристикам фасадные поверхности.

— Насколько экономически обосновано возвращение к массивным стенам и отказ от навесных фасадов?

— Понятно, что здесь нам еще предстоит серьезная работа. И, конечно, один из важнейших вопросов — это этажность зданий. Для домов более низкой этажности такое возвращение возможно и оправдано уже сегодня. И именно поэтому, кстати, мы в своей книге призываем архитекторов к тому, чтобы 70 процентов застройки наших городов не превышали отметку в 6-7 этажей. Невысокая этажность в сочетании с детально проработанной поверхностью фасадов — вот качества, которые позволят создавать привлекательную внешне и долговечную в эксплуатации фоновую застройку.

Сергей Чобан. Фрагмент застройки района Кастелло в Венеции. Илл. к книге

— Могли бы вы причислить некоторые современные районы, такие, например, как ЗИЛ или Золотая Миля, к районам с хорошей фоновой застройкой?

— Если говорить о ЗИЛе, то, надеюсь, именно так и будет. Там разработан дизайн-код, направленный на создание сбалансированной градостроительной ткани, и в качестве основного строительного материала там применяется отечественный кирпич. А что касается Золотой Мили, то эти здания никак фоновыми не назовешь. Наоборот, это иконы современной жилой архитектуры, интегрированные в фоновую историческую застройку Остоженки. Да, сегодня исторических построек там осталось очень мало, а иконы присутствуют в избыточном количестве. Но фоновыми они от этого не стали.

— Как вы объясняете тот факт, что рынок имеет запрос на классическую архитектуру? Несмотря на то, что большинство архитекторов, критиков, искусствоведов ее отторгают?

 Думаю, такова спонтанная реакция рынка, подспудное желание людей уйти от принятого ныне повсеместно бездетального модернистского пути создания архитектуры. Ведь знаковые объекты, за редчайшими исключениями, никто и не пытается сделать неоклассическими. А вот для объектов фоновой застройки неоклассика кажется сегодня наиболее беспроигрышным способом насытить поверхность деталями. Но это, конечно, довольно однобокий ответ на запрос общества. Который, возможно, отчасти свидетельствует и о том, что в самое ближайшее время проблематике фоновой застройки, ее стилистике и качеству начнет уделяться гораздо более пристальное внимание.

Сергей Чобан. Улица в Санкт-Петербурге как пример фоновой исторической застройки. Илл. к книге

— Есть ли какие-то конкретные зарубежные офисы, которые уже умеют делать эту фоновую архитектуру, на которую можно равняться?

 На Западе таких офисов появилось в последнее время довольно много. Это было связано в том числе и с развитием объединенного Берлина. Там одновременно должно было появиться очень много фоновой застройки, и довольно быстро стало очевидно, что делать ее всю в рамках минималистского и лишенного деталей модернизма не получается. Более того, построенные в таком ключе жилые районы очень плохо и быстро старели. И отношение к ним со стороны жильцов было достаточно пренебрежительным. Так что да, в Европе сегодня есть целый ряд архитекторов, которые задаются этим вопросом. Я, например, недавно участвовал в одном проекте Веркбунда, в который всего было вовлечено 30 архитекторов из Западной Европы. Основным строительным материалом был выбран кирпич, но больше всего меня удивил тот факт, что две трети участников семинара в своих проектах не стали ограничиваться сложенными из кирпича стенами, а задумались над тем, как разнообразить эту поверхность не только за счет материала, но и за счет придуманных для этого деталей.

— К какому жанру принадлежит ваша книга? К кому она обращена?

 Книга сознательно обращена не к архитекторам, а к широкой аудитории. К тем людям, которые являются потребителями (да и заказчиками) строящейся сегодня архитектуры, в первую очередь фоновой. И хотя в одном из критических откликов прозвучал упрек в том, что мы выбрали слишком популистскую структуру донесения информации, мне по-прежнему кажется, что это было правильно. На примере просто изложенной истории мировой архитектуры мы показываем, насколько важным в ней всегда было отношение к обработке и художественному осмыслению поверхности зданий. Нашей целью было рассказать неархитекторам, как развивалась архитектура, какие проблемы занимали авторов зданий раньше и почему они перестали занимать их теперь. Наша книга обращена к людям, которые хотят понять, почему сегодня архитектура выглядит не так, как она выглядела вчера, и почему современные постройки в массе своей нравятся меньше тех, что были созданы в предыдущие столетия.

Сергей Чобан. Кафедральный собор Амальфи и прилегающая к нему улочка. Илл. к книге


Изображения:


Подпишитесь
на рассылку Архсовета Рассылка анонсов для прессы

публикации по теме

 
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ ...
 

E-mail:
Имя:
Подписаться на рассылки:

Задайте свой вопрос

Обратите внимание, что редакция портала «Архсовет Москвы» оставляет за собой право на свое усмотрение публиковать, только выборочные вопросы. Нажимая на кнопку «Отправить» вы автоматически соглашаетесь, что принимаете все правила публикации на данном ресурсе.