От первого лица

Карлос Кастаньера: Мы даем продолжение модернизму

30 Мая 2016

Португальский архитектор Карлос Кастаньера, ученик Притцкеровского лауреата Альваро Сизы и автор «Здания 2015 года» по версии Archdaily, стал одним из зарубежных гостей прошедшей АРХ Москвы 2016. По просьбе Портала Архсовета архитектор прокомментировал главные вызовы нынешней Московской биеннале, темой которой стала «Архитектура для жизни».

— Нынешняя Московская биеннале поднимает тему присутствия и влияния современной архитектуры на жизнь людей. Это архитектура, которая работает со средой, с наполнением и, казалось бы, в меньшей степени с формой. Тем временем, ваши проекты свидетельствуют о том, что вы остаетесь верным ценностям модернизма. Как вы находите баланс с запросами сегодняшнего дня?

— Есть много способов развития архитектуры. Некоторые выбирают путь возвращения к уже наработанному достоянию, а другие сами творят свой стиль в соответствии с эстетическими представлениями другого рода, порождая совсем другую архитектуру. Возможно, благодаря нашему кросс-культурному восприятию, которое формировалось в течение многих лет, мы осознали, что именно создает Альваро Сиза, и что создаем мы — люди, которые учатся и работают с ним. Мы даем продолжение модернизму, развиваем его, беря за основу его основополагающие концепции, а не просто переименовываем термин. Такую архитектуру можно назвать «современной», имеющей отношение к сегодняшнему дню. И конечно, многое зависит от социальной обстановки, которую необходимо учитывать.

«Корпус на воде» завода Shihlien Chemical Industrial © Fernando Guerra| FG+SG

Кроме того, мы считаем, что идея создания архитектурной формы должна приходить непосредственно на месте будущих работ. Имеют значение не только особенности ландшафта — будь то холмистая или равнинная местность, находится ли рядом водоем или река, но также для нас важно, кто будет пользоваться зданием. Потому что обычно мы строим здания для людей. Хотя иногда мы можем построить что-то, что не имеет социального значения, например, если строится навес в пустынной местности — то это просто укрытие от солнца для людей, которые проходят мимо. В таком проекте отсутствуют социальные аспекты, учитывается лишь особенность окружающей среды. Таким образом, место расположения навеса имеет важное значение — укрытие необходимо разместить на северной стороне участка.

При работе с разными локациями всегда получаются разные виды архитектуры — например, формы зданий, построенных в Москве, будут значительно отличаться от зданий, построенных в Токио или Лиссабоне. Не только потому, что города отличаются, а потому что там живут разные люди. Мы прибываем на место и там уже стараемся понять, как действовать дальше.

Музей Мимезис, Корея

— Каким вы видите будущее архитектуры как искусства и его взаимосвязь с обществом?

— Понимаете, раньше процесс коммуникации был не так прост. Если что-то происходит в Москве, то только через несколько лет это дойдет до Лондона. В наши дни информационный обмен происходит очень быстро. И часто в разных местах встречаются очень похожие формы архитектуры. Иногда схожие проекты предлагают для Москвы и, например, для Шанхая; многие из таких проектов так и останутся нереализованными. Это происходит ввиду наличия интернета и современных средств быстрой связи. Люди много путешествуют, происходит всемирная глобализация. Такой процесс напоминает шоппинг — когда можно купить одинаковый товар в разных странах мира. Такой же «шоппинг» происходит и в архитектуре. Но всегда найдутся те, кто смогут разобраться в ситуации.

Например, если имеется некий ландшафт, довольно скучный, такой как в обычном городе, то в центре такого ландшафта наверняка будут находиться особые объекты — собор, памятник или музей, благодаря таким элементам всегда можно сориентировать дальнейший план действия.

Я не пессимист, я всегда позитивно смотрел на вещи. И я считаю, что архитектуру ожидает большое будущее, прежде всего, потому что людям необходимо иметь много домов. Я слышал такие данные, что в мире необходимо построить около 2 млрд. домов для людей, у которых нет жилья. В мире всегда происходят какие-то проблемы, и всегда нужно будет решать, что делать с беженцами, с неимущими.

Особняк Jeju в Корее

Таким образом, будущее архитектуры мне представляется светлым и оптимистичным. Но, конечно, сейчас много заурядной архитектуры, которая, как я считаю, становится все менее и менее интересной. Особенно когда речь идет о типичных образах, например, дом, который подходит многим людям — и вроде бы все выглядит хорошо, и люди счастливы, но нужно быть осторожным, ведь все требует тщательной планировки. Необходимо учесть много деталей, прежде чем люди переедут в эти новые дома. В городах расположены соборы, памятники, метро, рестораны, дороги — все это имеет значение.

Я могу привести в пример одну страну, в которой действительно умеют хорошо планировать — это Голландия. Там все продумывается наперед. Барселона, как мне известно, является еще одним городом, который отличается тщательно спланированной архитектурой. Сейчас там ведется планирование автомагистралей и дорожных сетей для строительства в 2060. То, как они планируют строительство в будущем, представляет большой интерес.

— Когда вы приступаете к работе над новым проектом, что вы делаете в первую очередь? С чего начинается проектирование?

— Для начала необходимо отправиться на место будущего строительства, затем узнать о людях, которые будут пользоваться объектом. Ведь иногда вопросы социального характера не решаются на месте, для этого необходимо узнать клиента, чтобы понять, сможешь ты с ним работать или нет. Конечно, мы хотим работать только с хорошими клиентами, и мы можем позволить себе выбирать.

Конный центр © Fernando Guerra | FG+SG

Вам может попасться самый богатый заказчик в мире, но если он не будет хорошим человеком, и если ему не будет интересна архитектура, то вы сможете получить лишь хороший гонорар, а не создать достойный проект

Если отношения с клиентом складываются, то мы отправляемся на место будущих работ, обсуждаем проект и пытаемся понять, что именно хочет получить заказчик, потому что зачастую клиент знает лишь то, что он хочет. Мы делаем модель здания, которая зачастую представляет примерный вариант исполнения проекта, эскизы и показываем их клиенту. И в зависимости от его реакции, начинается дискуссия. Именно по этой причине мы не участвуем в конкурсах. Мы предпочитаем визуализацию проекта и обсуждение его с конкретным клиентом. С соревнованием все происходит по-другому: сначала подготавливается проект, и только после, может быть, проводится обсуждение.

— Ваша работа по созданию административного корпуса химического завода Shihlien в Китае, который был признан Archdaily зданием 2015 года — это тоже результат обсуждений с клиентом?

— Да, конечно. Клиенту необходимо было построить административное здание завода, и он спросил, интересен ли нам такой проект. Я сказал, что мне нужно посмотреть на место будущего строительства, и мы поехали туда. Я увидел модель завода — это очень большой завод, в который инвестировали 2 млрд. долларов. Территория настолько огромна, что там передвигаются на автобусе. Там располагается искусственное озеро. Руководство завода решило расположить административный корпус прямо в центре, на воде, которая используется в производстве.

Revigrés Offices © Fernando Guerra | FG+SG

Гольф клуб Taifong, Тайвань © FG+SG fotografia de arquitectura

Я отправился туда, пообщался с заказчиками, и они мне понравились. Такое строительство представляло собой задачу повышенной сложности. Когда приезжаешь на место работы необходимо оценить ландшафт — будь то равнинная или холмистая местность. В Китае ландшафт на месте строительства был абсолютно плоский, и так как котлован озера еще не был готов, мы, по сути, не могли точно оценить вид ландшафта. Для нас было сложно представить дизайн здания, ведь обычно мы строим здания на земле, а там необходимо было построить сооружение на воде.

Вначале было трудно представить и то, с какими проблемами при строительстве мы столкнемся: как подвести канализацию, как спроектировать другое техническое обеспечение здания, которое обычно проходит под землей. Соединение между зданиями мы выполнили в виде мостов, которые послужили системой инфраструктуры. Также нам предстояло решить еще одну трудную задачу — продумать защиту от солнца и от солнечных лучей, которые отражаются от поверхности воды.

В результате, мы получили очень интересный проект, хорошие отношения с клиентом, а также возможность разработать дизайн мебели, материалов, покрытий, даже скульптур и освещения. Мы получили огромное удовольствие от рабочего процесса, и более того, в данный момент мы работаем над еще одним заказом от этого клиента, что означает, что заказчики довольны результатом нашей работы.

— Как вы считаете, современная Москва — интересная площадка для иностранных архитекторов?

— Ну, прежде всего, Москва — это потрясающий город. В Москве мне приходилось бывать раз шесть, и я могу сказать, что это очень интересное место, представляющее для меня загадку, ведь это Россия, которая находится так далеко от того места, где я живу. Это все та же Европа, но такая дальняя. Да, Москва — прекрасный город, и как я могу судить по своему последнему визиту, этот город очень динамично развивается, в нем постоянно создается что-то новое. Москва напоминает огромную лабораторию, в которой непрерывно идет рабочий процесс. И, конечно, спроектировать здесь что-то было бы замечательно.

Портал Архсовета благодарит компанию ATP TLP architects engineers за помощь в организации интервью.


Изображения: archmarathon.com


Подпишитесь
на рассылку Архсовета Рассылка анонсов для прессы

публикации по теме

 
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ ...
 

E-mail:
Имя:
Подписаться на рассылки:

Задайте свой вопрос

Обратите внимание, что редакция портала «Архсовет Москвы» оставляет за собой право на свое усмотрение публиковать, только выборочные вопросы. Нажимая на кнопку «Отправить» вы автоматически соглашаетесь, что принимаете все правила публикации на данном ресурсе.