ENG
 
Комфортный город 2018. Широкий в статьях
От первого лица

Дэвид Басульто – о павильонах стран Северной Европы и России на Биеннале

13 Июля 2016

Главный редактор ArchDaily Дэвид Басульто рассказал о своем кураторском проекте на Венецианской биеннале и поделился мнением о российском павильоне. Интервью состоялось в рамках Московского урбанистического форума.

— На нынешней Венецианской биеннале вы выступили куратором павильона стран Северной Европы, который стоит прямо напротив павильона России. Расскажите о нем...

— Алехандро Аравена выбрал очень амбициозную тему для выставки, которая пробудила много надежд во всем архитектурном мире. Безусловно, это была одна из самых ожидаемых биеннале. В ходе подготовки куратор не проявлял жесткого контроля; он просто задал эту серьезную тему и попросил архитекторов предоставить к открытию выставки то, что они считают отвечающим «большому фронту» и возможные варианты решения главных проблем, с которыми мы сталкиваемся в современном мире и которые мы должны решить с помощью архитектуры.

Когда я получил приглашение курировать павильон стран Северной Европы, мне понадобилось приложить особые усилия чтобы понять свою задачу, ведь мне предстояла работа с идеологией развитых стран, которые находятся на один шаг впереди остального мира с точки зрения образования, экономики, социального обеспечения.

Nordic Pavilion at the 2016 Venice Biennale © Laurian Ghinitoiu

Развитие в этих странах происходит под девизом «демократического общества». И можно подумать, что у них нет никаких проблем и задач, которые нужно решать. Но если присмотреться внимательней, даже несмотря на значительные достижения в своем развитии, эти страны сейчас проходят через много испытаний: стареющее население, кризис товарной отрасли, который сказывается на благосостоянии граждан, проблемы миграции.

И тогда я задал себе вопрос, что делает человек, когда у него возникают проблемы и появляются определенные вопросы? Он идет к психоаналитику. Вот мы и решили найти ответы на эти важные вопросы, используя методы психоанализа, которые мы применили к архитектуре.

За идейную основу нашей инсталляции мы взяли пирамиду потребностей по Маслоу, и у нас получилось три интерпретации этого метода

Мы построили очень большую пирамиду в павильоне, объявили открытое предложение участия в проекте для архитекторов, в результате которого было получено более трехсот проектов. Образ этой пирамиды представляет становление архитектуры, которая стала развиваться от самого основного ее назначения, как строительство жилья, школ, больниц, и до архитектуры, которая позволяет людям чувствовать себя полноценными гражданами — это такие проекты как музеи, общественные места, а также спортивные объекты.

Nordic Pavilion at the 2016 Venice Biennale © Laurian Ghinitoiu

Верхняя часть пирамиды символизирует прогресс, это пример последовательного развития, при котором одно невозможно без другого. На первом этапе — создание зданий образовательных учреждений и объектов здравоохранения, после чего можно приступать к работе над проектами общественных пространств. Здесь расположены примеры архитектуры, которые имеют сильную связь с природой — кладбища, мемориалы, гостиницы в окружении леса — такого рода прогресс нельзя найти в каких-либо других местах, которые имеют худшее экономическое положение, чем страны Северной Европы.

На этом наглядном примере мы продемонстрировали архитекторам то, что они достигли. Что касается проведенного открытого конкурса, мы задали им очень конкретный вопрос: «Как ваш проект способствовал развитию общества Северных стран?» В результате мы получили три сотни проектов в пирамиде в виде стопок бумаг. Это был первый вопрос психоаналитика.

Затем психоаналитик спросит вас: «Как насчет ваших родителей? Какие у вас с ними отношения?»

«Родители» скандинавских архитекторов — мастера высокого класса, такие как Алвар Аалто или Сверре Фен, которые до сих пор оказывают значительное влияние на молодых архитекторов

Nordic Pavilion at the 2016 Venice Biennale © Laurian Ghinitoiu

Они представляют собой «родителей» или «призраков» для нас. Даже сам павильон является ярким примером такого «призрака». Это красивое здание, созданное Сверре Феном, настолько грандиозно, что любые изменения в нем всегда воспринимались на порядок ниже. Теперь же нам удалось достичь гармоничного взаимодействия со зданием. Это пример того, как можно действительно быть в очень хороших отношениях с «родителями».

Вдохновленные интерьером офиса Зигмунда Фрейда в Лондоне, вокруг пирамиды мы расположили ряд комнат без стен, напоминающие кабинет психоаналитика. Там мы разместили персидские ковры и очень простые стальные каркасы, поддерживающие экраны — «художественные зеркала», по которым транслировались интервью с архитекторами, которые представили свои проекты для пирамиды. Они рассказывали о том, какое влияние на них оказали великие «архитекторы-родители».

Российский павильон. Фото (с) Василий Буланов

Таким образом, у нас есть настоящее и наше сознательное понимание того, что мы сделали, и у нас есть прошлое, которое, попадая в ваше подсознание, оказывает на нас сильное влияние; и я надеюсь, что с помощью этого инструмента можно освободить архитекторов от действительно большого давления, которое оказывают на них «призраки» прошлого.

— А какое впечатление у вас сложилось от российского проекта? Насколько ясной оказалась для вас его концепция?

— Российские инсталляции на нескольких последних биеннале, мне кажется, были очень хорошим примером безупречного исполнения и дизайна. Мне особенно запомнилась выставка 2012 года, кураторами которой были Сергей Чобан и Сергей Кузнецов. В этом году мы с нетерпением ждали открытия вашего павильона, потому что ВДНХ — проект довольно известный за границей. Мне посчастливилось увидеть эту фантастическую выставку, представляющую хронологию советской истории, которая неразрывно связана с развитием архитектуры советской эпохи.

На выставке представлены классно исполненные классические произведения, потрясающие видео, дисплеи, показывающие панораму ВДНХ, и все эти классические рисунки, выполненные студентами петербургского художественного института, были очень красивы. И я уверен, что если вам случится посетить российский павильон, вы определенно скажете: «О, я бы очень хотел увидеть ВДНХ!».

Российский павильон. Фото (с) Василий Буланов

Для многих, тем не менее, было трудно увидеть связь темы выставки с главной темой Биеннале.

Что касается меня, я вижу эту связь, потому что идея «фронта» для российских архитекторов состоит в том, чтобы освободиться от сильного влияния прошлого и начать смотреть вперед, потому что в настоящем невозможно продолжать ту же пропаганду

Показательно то, что правительство города занялось этим проектом и намерено восстановить и улучшить его, но это довольно трудная задача, ведь нужно избавиться от влияния прошлого и начать двигаться вперед.

Российский павильон 2012 года на Венецианской биеннале

— Вы вспомнили Российский павильон 2012 года — это был наш успех, мы получили даже одну из наград Биеннале. Но в целом российские архитекторы почти никогда не получают большие международные премии. Как нам преодолеть этот существующий культурный разрыв с другими странами?

— Я считаю, что все зависит от распространения информации. Например, Музей архитектурного рисунка в Берлине является русской архитектурой, хорошо известной во всем мире, и этот проект получил множество призов и наград.

За последние пять-шесть лет я часто приезжал в Россию и видел много зданий, которые действительно можно назвать незаурядными

Но российские архитекторы, похоже, настолько сосредоточены на своей работе здесь, что не предпринимают никаких действий для продвижения своих проектов и даже не участвуют в международных конкурсах, а ведь большинству из них действительно следует это делать. В итоге результаты их работы остаются незамеченными. Все больше архитектурных критиков и журналистов, которые приезжают сюда, считают, что новые архитектурные проекты очень интересны и достойны большего внимания.

Здесь можно привести в пример Бориса Бернаскони, который принял участие в Биеннале в Арсенале и то, как он получил свое признание. Алехандро Аравена попросил архитекторов подать заявку для участия в этой выставке. Нужно было написать емкое заявление в рукописном виде. Алехандро выбрал Бориса Бернаскони с его проектом для Сколково, который действительно очень интересен, но он не был хорошо известен, хотя и был представлен на Биеннале 2012. Так что, несмотря на то, что такого рода проекты могут быть достойными, они не получат признания, если мир о них не узнает.

Проект BERNASKONI для Венецианской биеннале 2016

Я заметил, что в Москве стали воспринимать архитектуру как что-то важное. Хорошим доказательством этого является данный форум, который объединяет людей со всего мира: журналистов, урбанистов и других специалистов в этой сфере; организуются конкурсы и приглашаются люди из других стран. Я думаю, что если эта ситуация будет продолжать развиваться подобным образом, правительственные и архитектурные организации смогут найти правильный путь для дальнейшего усовершенствования и развития русской архитектуры.

— На Форуме неоднократно говорили про архитектуру высокого качества. Как этого добиться?

То, что действительно помогает улучшить качество, так это конкуренция; особенно когда условия позволяют привлекать к работе молодых людей

Потому что молодые архитекторы очень активны и относятся с особой ответственностью при выполнении общественных проектов. Они приложат максимум усилий, потому что, если их первые проекты будут успешными, они точно получат больше возможностей для дальнейшего развития своей карьеры. Таким образом, вы получите много талантливых людей готовых бороться за признание.

Музей архитектурного рисунка в Берлине © Roland Halbe

Как пример из мировой практики, можно рассмотреть случай Колумбии, где была создана очень сильная архитектурная культура за короткие сроки. Правительство страны имело четкий план преобразования инфраструктуры в городах. Они сделали это на основе открытой конкурсной системы, которая предоставила возможность молодым архитекторам реализовать себя и выполнить поставленные задачи наилучшим образом.

— И все же большая часть зданий, появляющихся на нашей планете, создается не архитекторами, согласитесь...

— Что ж, мы живем в эпоху урбанизации и испытываем множество проблем, таких как перенаселение и многие другие, которые мы обсуждаем здесь на форуме.

И у нас есть основания полагать, что большая часть новых построек не будет контролироваться архитекторами, они просто будут представлять собой трущобы

Естественно, возникает вопрос, что же архитекторы могут сделать для улучшения этой ситуации? Я думаю, следует проводить хорошую работу в области информационного воздействия и социального взаимодействия. Люди, которые занимаются строительством, благодаря интернету получили более широкий доступ к информации о современной архитектуре и таким косвенным образом они могут учиться у профессиональных архитекторов. На Биеннале мы как раз могли видеть, как много архитекторов работает над решением таких проблем.


Изображения:


Подпишитесь
на рассылку Архсовета Рассылка анонсов для прессы

публикации по теме

 
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ ...
 

E-mail:
Имя:
Подписаться на рассылки:

Задайте свой вопрос

Обратите внимание, что редакция портала «Архсовет Москвы» оставляет за собой право на свое усмотрение публиковать, только выборочные вопросы. Нажимая на кнопку «Отправить» вы автоматически соглашаетесь, что принимаете все правила публикации на данном ресурсе.